Шмелев Иван Сергеевич

ПЕРСОНАЛЬНЫЙ САЙТ МУЗЕЯ В АЛУШТЕ
Республика Крым, г.Алушта, Профессорский уголок, ул. Набережная, 2
+7 365-60 2-59-90
Солнце мертвых 29
Меню сайта


Произведения
  • На скалах Валаама, 1897
  • По спешному делу, 1906
  • Вахмистр, 1906
  • Распад, 1906
  • Иван Кузьмич, 1907
  • Под горами, 1907
  • Гражданин Уклейкин
  • В норе, 1909
  • Под небом, 1010
  • Патока, 1911
  • Человек из ресторана, 1911
  • Виноград, 1913
  • Карусель, 1916
  • Суровые дни, 1917
  • Лик скрытый, 1917
  • Неупиваемая чаша, 1918
  • Степное чудо, 1919
  • Солнце мертвых, 1923
  • Как мы летали, 1923
  • Каменный век, 1924
  • На пеньках, 1925
  • Про одну старуху, 1925
  • Въезд в Париж, 1925
  • Солдаты, 1925
  • Свет разума, 1926
  • История любовная, 1927
  • Наполеон, 1928
  • Богомолье, 1931
  • Рассказы, 1933
  • Забавное приключение, Москвой, Мартын и Кинга, Царский золотой, Небывалый обед, Русская песня
  • Лето Господне, 1933-1948
  • Родное, 1935
  • Няня из Москвы, 1936
  • Иностранец, 1938
  • Мой Марс, 1938
  • Рождество в Москве, Рассказ делового человека, 1942—1945
  • Пути небесные, 1948
  • Старый Валаам, 1950


  • Форма входа


    Поиск


    Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0


    Приветствую Вас, Гость · RSS 26.09.2017, 06:52

    СОЛНЦЕ МЕРТВЫХ

     

    продолжение

                    

       ЗЕМЛЯ СТОНЕТ

      

       Я никак не могу уснуть. Коснулся души Господь -- и убогие стены тесны. Я хочу быть под небом -- пусть не видно его за тучами. Ближе к Нему хочу... чуять в ветре Его дыхание, во тьме -- Его свет увидеть.

       Черная ночь какая! Дождь перестал, тишина глухая; но не крепкая, покойная тишина, как в темные ночи летом, а тревожная, в ожидании... -- вот-вот случится!.. Но что же случиться может?.. Я знаю, что после дождя может сорваться ветер, сорвется вдруг. А сейчас даже слышно капанье одиночных капель, и с глубокого низу доплескивает волною море, будто дышит. Слышу даже, как чешется у Вербы собака.

       Я тихо иду по саду, выглядываю звезды, вот-вот увижу, -- чувствуются они за облаками. Пахнет сырой землей, горною мглою пахнет: сорвется ветер, чуется тугой воздух. Свежая хвоя кедра осыпает лицо дождем... Я затаиваю шаги... болью хватает меня за сердце... Вот он, жуткий, протяжный стон... тянется из далекой балки. И снова -- тихо. И снова -- тяжкий, глубокий вздох... -- кто-то изнемогает в великой муке. Удушаемый вопль покинутого всеми...

       Я знаю его, этот тяжкий, щемящий стон. Я слышал его недавно. Он взывает из-под земли, зовет глухо...

       О нем все говорят в округе:

       -- А по ночам-то теперь, в балках к морю... застонет-застонет так -- у-у-у... у-х-х-х-х-х-х... А потом тяжело-о так, вздохнет -- ааа...а! Сердце захолонет будто! Вроде как земля стонет. Недобитые это стонут, могилки просят... Ох, нехорошо это!..

       Я прислушиваюсь в глухой ночи. Тяжко идет из балок:

       ...уууу... у...

       Нет ему выхода, -- потянется и уходит в землю. И еще, еще...

       ...аааа... а... -- замирающий вздох муки...

       Мертвой тоскою сжимает сердце. Не они ли это, брошенные в овраги, с пробитою головою, грудью... оголенные человеческие тела?.. Всюду они, лишенные погребения...

       Умом я знаю: это кричит тюлень, черноморский тюлень -- "белуха". Знают его немногие рыбаки -- выводится. И не любят слышать. Он подымает круглую голову из моря, глухою ночью, кладет на камень и стонет-стонет... Не любят его -- боятся -- черноморские рыбаки, и "рыба его боится".

       Умом я знаю... А сердцем... -- тяжело его слышать человеку.

       Я долго слушаю, затаившись, и мукой кричит во мне. А вот и сорвался ветер, ударил с гор. Зашумели, закланялись, закачались кипарисы, затрепетали верхушками, -- видно на звездном небе. Продуло тучи. Будет теперь дуть-рвать круглые сутки. Не кончит в сутки -- ровно три дня дуть будет. А к третьему дню не кончит -- на девять дней зарядит. Знают его татары.

       Слышно через порывы, как бьют в городке часы. Не остановились?.. Нет в городке часов: это церковный сторож. Последнее время выбивает редко. Что ему пришло в голову? Одиннадцать?..

       А может быть, и отнесло ветром. Полночь?

       Я смотрю в сторону городка. Ни искры, ни огонька, провал черный. А что такое у моря, выше?.. Пожар?! Черно-розовый столб поднялся!.. Пожар!.. Или обманывает темнота ночи, и это ближе, а не на пристани... Не у столяра ли Одарюка, на мазеровской даче... костер в саду?.. Шире и выше столб, языки пламени и черные клубы дыма! Пожар, пожар! Вышка на Красной Горке освещена, круглое окошко видно! Черная сеть миндальных садов сквозит, выскочил кипарис из тьмы, красной свечой качается... полыхает. В миндальных садах пожар?.. Черная крыша Одарюка вырезалась на пламени.

       Я бегу за ворота, на маленькую площадку, где кустики. Под моими ногами -- даль. Ближние дома городка светятся розовым, и розовая свеча-минарет над ними, с ними... В море широкий отсвет костра-пожарища. Даже пристань выглянула из тьмы! Миндальные сады -- как днем, сучья видны и огненные верхушки. Срывает пламя, швыряет в море. Разбушевался там ветер.

       -- Пожар-то какой... Господи!.. Дахнова дача горит!..

       Голоса сзади, из темноты, -- соседи. Яшка ковром накрылся. Няня, в лоскутном одеяле. С Вербиной горки доносит:

       -- Матросы горят... ей-Богу!.. пункт ихний! Нет, Дахнова!

       Полянка, где мы стоим, вся розовая, от зарева.

       -- Ба-тюшки... -- вскрикивает няня.-- Да это же Михайла Васильич горит!.. Он... он!.. Новая его дачка, из лучинок-то стряпал! По старому его дому вижу... глядите, дом-то!..

       Конечно. Горит доктор, -- за его старым домом.

       Утихает. Кончилась, сгорела! Много ли ей надо, из лучинок?

       Должно быть, рухнула крыша: полыхнуло взрывом, и стало тускло.

       -- Сбегай, Яша... узнай! -- просит няня.

       -- Ня-ня... -- слышится болезненный голос барыни. -- Где горит?

       -- Да сараюшка на берегу.-- Спите с Богом. Уж и погасло.

       -- Иди, няня... детей-то перепугали...

       Миндальных садов не видно. За ними отсвет. Я стою на крыльце, жду чего-то... Я знаю. Незачем мне идти. Сгорела дача старого доктора... Я же знаю. А может быть, только дача... Доктор переберется в свой старый дом... Мне уже все равно, все -- пусто.

       Вызвездило от ветра. Млечный Путь передвинулся на Кастель -- час ночи. А я все жду...

       Шаги, тяжело дышит кто-то, спешит... Это -- Яша.

       -- Ну?..

       -- Капут! Сгорел доктор! И народу никого нет... Матрос там один, гоняет... которые набежали... Никто ничего не знает... и Михал Василича не видать... Говорят, сгорел будто... в пять минут все! А он еще накрепко припирался... кольями изнутри... Матрос говорит... снутри горело. У них с пункта видно... Обязательно, говорит, сгореть должен... Хозяин обязан у своего пожара ходить, а его не видали... все говорят! А может, куда забился?.. Все печь по ночам топил! А уж тут-то у него... не хватает. Ну, спать пойду. Слышите... опять он стонет?.. Настонал доктору-то...

       Да, стонет... или это ветер жестянками... Сгорел доктор. Ушел в огне. Сам себя сжег... или, быть может, несчастный случай?.. Теперь не страшно. Доктор сгорел, как сучок в печурке.

         



     
    страницы:
    1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
    19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34
    Бесплатный конструктор сайтов - uCoz