Шмелев Иван Сергеевич

ПЕРСОНАЛЬНЫЙ САЙТ МУЗЕЯ В АЛУШТЕ
Республика Крым, г.Алушта, Профессорский уголок, ул. Набережная, 2
+7 365-60 2-59-90
Солнце мертвых 24
Меню сайта


Произведения
  • На скалах Валаама, 1897
  • По спешному делу, 1906
  • Вахмистр, 1906
  • Распад, 1906
  • Иван Кузьмич, 1907
  • Под горами, 1907
  • Гражданин Уклейкин
  • В норе, 1909
  • Под небом, 1010
  • Патока, 1911
  • Человек из ресторана, 1911
  • Виноград, 1913
  • Карусель, 1916
  • Суровые дни, 1917
  • Лик скрытый, 1917
  • Неупиваемая чаша, 1918
  • Степное чудо, 1919
  • Солнце мертвых, 1923
  • Как мы летали, 1923
  • Каменный век, 1924
  • На пеньках, 1925
  • Про одну старуху, 1925
  • Въезд в Париж, 1925
  • Солдаты, 1925
  • Свет разума, 1926
  • История любовная, 1927
  • Наполеон, 1928
  • Богомолье, 1931
  • Рассказы, 1933
  • Забавное приключение, Москвой, Мартын и Кинга, Царский золотой, Небывалый обед, Русская песня
  • Лето Господне, 1933-1948
  • Родное, 1935
  • Няня из Москвы, 1936
  • Иностранец, 1938
  • Мой Марс, 1938
  • Рождество в Москве, Рассказ делового человека, 1942—1945
  • Пути небесные, 1948
  • Старый Валаам, 1950


  • Форма входа


    Поиск


    Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0


    Приветствую Вас, Гость · RSS 26.09.2017, 06:50

    СОЛНЦЕ МЕРТВЫХ

     

    продолжение

                    

       ПРАВЕДНИЦА-ПОДВИЖНИЦА

      

       Лачуга, слепленная из глины. Сухие мальвы треплются на ветру, тряпки рвутся на частоколе. Одноногий цыпленок уткнулся головкой в закрытую сараюшку, стынет -- калека. И все -- калечное. На крыше -- флюгер, работа покойного Кулеша-соседа, -- арап железный подрыгивает, лягает ногой серебряной, сапогом: веселенькая работа-дар. Помер Кулеш, и сапожник помер, Прокофий, что читал Библию. Остался арап железный лягать сапогом ветер.

       Познал Прокофий Антихриста -- и помер. Знаю, как он помер. Все ходил по заборам, по пустым окнам -- читал приказы, разглядывал печати: "антихристову печать" отыскивал. Придет в лачугу и сядет в угол.

       -- Ну, чего ты, Прокофья... вон починка! -- скажет ему жена Таня.

       -- Де-крет! декрет!! -- шепчет Прокофий в ужасе. -- Полотенца, рубахи приносить велит! Жду, все жду...

       -- Ну, чего ждешь-то, глупый? Хоть бы пожалел детей-то!..

       -- Знака настоящего жду... тогда!..

       -- Измучил ты меня! ...Ну, какого тебе знака еще... Господи!

       -- Декрет готовит! Кресты чтобы ему приносили, тогда и печать положит... слежу...

       Понес Прокофий полотенце -- "по декрету". Подал полотенце.

       -- А рубахи нету? -- спросили. -- Рубахи очень нужны шахтерам, товарищ!..

       -- По-следняя! -- дрогнувшим голосом сказал Прокофий и приложил руку к сердцу. -- А когда крест... снимать будете?

       Его хотели арестовать, но знающие сказали, что это сумасшедший сапожник. Он вышел на набережную, пошел к военному пункту и запел: "Боже, Царя храни!" Его тяжко избили на берегу, посадили в подвал и увезли за горы. Он скоро помер.

       Я смотрю на сиротливую лачугу. Вот плетешок на обрывчике -- его работы. Пустой хлевок: давно проданы свинки, последнее хозяйство. "Одноножка" одна осталась -- детям. Две девочки-голоножки возят на ниточках щепки -- играют в пароходы. За окошком мальчик грозится сухою косточкой.

       Я хочу повидать Таню. А, вот она. Куда собралась она в такой ветер, сдувающий с гор камни? Она стоит на пороге -- уже в пути.

       -- Здравствуйте. А я за горы, вино менять...

       На ней кофта, на голове ситцевый платок, босая. За спиной -- бочонок на полотенце, пудовый. На груди, на веревках, перевитые тряпками -- чтобы не побились! -- четыре бутылки. Походное снаряжение.

       Я понимаю, что значит это -- "за горы". За полсотни верст, через перевал, где уже снег выпал, она понесет трудовое свое вино, -- потащит через леса, через мосты над оврагами, где боятся ездить автомобили. Там останавливают проезжих. Там -- зеленые, красные, кто еще?.. Там висят над железным мостом, на сучьях, -- семеро. Кто они -- неизвестно. Кто их повесил -- никто не знает. Там прочитывают бумаги, выпрастывают карманы... Коммунист? -- в лес уводят. Зеленый? -- укладывают на месте. Гражданин? -- пошлину заплати, ступай. Там волчья грызня и свалка. Незатихающий бой людей железного века -- в камнях.

       И она, слабенькая, мать Таня, -- идет туда. Сутки идет -- не ночует, не останавливается, несет и несет вино. Выгадает пять фунтов хлеба. Идет оттуда с мукой. А через три дня опять -- вино, и опять горы, горы...

       -- Трудно, да ведь де-ти... Пять раз ходила, в шестой. Сплю когда, во сне вижу -- иду, иду... лес да горы, а вино за спиной -- буль-буль... плещется. Когда идешь -- спишь... буль-буль... Ноги обила, а обувку где же! Кормимся...

       Когда-то она жила, как люди, стирала на приезжих. Чисто водила детей, сытенькая всегда была. Прокофий сапожничал, читал Библию и поджидал Правду. Пришла -- навалила камень.

       -- Не обижают на дороге?

       -- Всего бывало. Вышли из лесу, остановили. Ну, еще молодая я... "Пойдем жить в лес с нами!" Дети у меня, говорю, а то бы с вами осталась! Посмеялись, хлебушка дали... Попались добрые люди, страдающих понимают...

       -- "Зеленые", что не хотят неволи?

       -- А не знаю... -- робко говорит Таня. -- Один сала кусок сунул. Говорит -- снеси детям... у меня, говорит, тоже дети... А то было, под городом... вот дойду!.. вино у меня отняли... В ногах валялась... "Молчи, -- говорит, -- спикулянка!" Пошла назад, холодная-голодная, насилу добралась... Спасибо, татаре в долг опять вина дали.

       Звери, люди -- все одинаковые, с лицами человечьими, бьются, смеются, плачут. Выдернутся из камня -- опять в камень. Камней, лесов и бурь не боится Таня. Боится: потащат в лес, досыта насмеются, вино все выпьют, ее всю выпьют... -- ступай, веселая!

       -- Приду -- испеку им хлебца. Едят, меня дожидаются, одни...

       Когда-то мальвы в саду цвели, голуби ворковали, постукивала швейная машинка. Когда-то она, нарядная, ходила с Прокофием к обедне, девочек вела за ручки, а Прокофий нес на руках наследника.

       -- Боюсь -- не выдержу. Только судьбу обманываю. Если помощи не дадут -- все погибнем.

       Востроносенькая, синеглазая, приветливая, она недавно была красива. Теперь -- скелет большеглазый, большеглазы и девочки. Спасется, если примет повадившегося заглядывать толстошею-матроса с пункта. Пусть, хоть матросом спасет семью. Все летит в прах, горит.

       -- Ну, живите... хлебца я вам порезала, по бумажкам. Христос с вами... Соседка заглядывает когда...

       Прощай, подвижница!

       На меня смотрит девочка, показывает на щепку:

       -- Па... ла... ход... у-у-у...

       Мальчик косточкой по стеклу стучит.

       Ушла Таня. Смотрю на Чатырдаг -- ясный-ясный. Там выпал снег. Туда, за его громаду, полезет с бочонком Таня, а он будет ее сдувать. Будут орлы кружиться... А вино -- весело за спиной -- буль-буль-буль...

         



      
    страницы:
    1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
    19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34
    Бесплатный конструктор сайтов - uCoz